Экология этнических культур Сибири стр.44

Экология этнических культур Сибири стр.44

В течение XVIII—XIX вв. в качестве заимствованной формы хозяйственной деятельности оленеводство тундрового типа появляется также у энцев, со второй половины XIX в. — у северных (средне- и нижнетазовских) селькупов, обдорских и частично куноватских хан-тов, тундровых юкагиров, с рубежа XIX—XX вв. — у северных якутов, нганасан, долган. Свойственные этим народам комплексные формы природопользования, сочетавшие мелкостадное натуральное оленеводство с морским зверобойным промыслом (чукчи, коряки, ненцы островов и побережья Баренцева моря, северной части Ямала, ороки северного Сахалина) или охотой на диких оленей (основная часть нганасан, тундровых энцев, северных селькупов, эвенков, якутов, тундровых юкагиров), можно рассматривать как некие промежуточные формы жизнеобеспечения между пешими охотниками на диких оленей и специализированными кочевниками-оленеводами.

Ограниченный объем статьи не позволяет остановиться более подробно на существовавшей региональной специфике способов хозяйствования отдельных территориально и экологически обособленных групп этносов, осваивающих локальные районы Северной Сибири. Что касается таких видов хозяйственной деятельности, как земледелие, огородничество, животноводство, птицеводство, они в целом не были характерны для коренных народов Севера, хотя в ограниченных размерах и примитивной форме присутствовали в районах с сильным влиянием русского населения. Так, березовские, васюганские, иртышские ханты, кондинские, сосвинские и обские манси имели в очень небольшом количестве коров, овец, домашнюю птицу. Держали и лошадей, которыми пользовались только зимой, а летом оставляли

пастись без надзора. Зачатки земледелия у обских угров существовали и до прихода русских. Сеяли они главным образом ячмень, поля обрабатывали мотыгой, колосья вырывали руками и, не зная молотьбы, обжигали их. 12 На левых притоках Ангары и Илима, в верховьях Лены, в местностях, смежных с русскими поселениями, некоторые семьи эвенков, потерявших оленей, перенимали у соседей навыки ведения сельского хозяйства. Они приобретали лошадь, корову, разводили огороды, а иногда раскорчевывали в тайге небольшие участки и распахивали их под посевы. 13 Тесные связи с русским населением привели к тому, что во второй половине XIX в. во всех поселениях ительменов имелись небольшие огороды с посевами картофеля, капусты, репы, а также лошади и крупный рогатый скот. В первых десятилетиях XX в. сельскохозяйственные отрасли занимали в жизни ительменов весьма значительное место. 14

Охота. Очень большая территория расселения народов Сибири, различные географические условия и определенные ими границы распространения тех или иных видов диких животных и птиц обусловили большое разнообразие объектов охоты. В сибирской тайге обитали лось, медведь, соболь, заяц, белка, росомаха, колонок, выдра, бобр, бурундук, лисица, куница, хорек. Для таежной зоны были характерны олень, песец и горностай, а для горных районов с гольцовыми участками на восток от Байкала — олень, кабарга, косуля, изюбр, табарган, горный и снежный бараны. Из всего разнообразия птичьего мира объектами охоты служили в основном гусь и утка, куропатка и глухарь. К концу XIX в. универсальное значение в качестве орудия активной охоты имело повсеместно огнестрельное оружие, хотя в некоторых районах (у нганасан, некоторых групп эвенков, хантов, манси, на Нижнем Амуре) вплоть до начала XX в. спорадически отмечалось использование лука и стрел. У эвенков и тун-гусоязычных народов Нижнего Амура в начале XX в. еще хорошо сохранялся и широко использовался самострел. Из давящих ловушек известны были слопцы, кулемки, пасти; из ущемляющих — черкан, кляпца и капкан. Капканы получили особенно широкое распространение на Севере в полосе лесотундры и тундры.


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒